Тамерлановская библиотека. Очерк Григория Соколова.

timurБуюк бобомиз Соҳибқирон Амир Темур ҳақида жуда кўп халқларда афсоналар тўқилган.  Бу афсоналарда у гоҳ донишманд ҳукмдор,гоҳ жанг тақдирини майдонга тушишдан олдин ҳал қила олишга қодир саркарда,гоҳ беаёв босқинчи,гоҳ… хуллас,минг бир қиёфада тасвирланади. Мана шундай афсоналарнинг бири чор Россияси даврида жуда машҳур бўлган «Нива» журналида Самарқандга сафар қилиб қайтган журналист Григорий Соколов томонидан ёзилган очеркда  ҳам қайд этилган. Бундан 4-5 йил аввал мен ёзувчи Набижон Боқийга бериб,таржима қилиб бирон бир нашрда эълон қилишни илтимос қилган эдим. Набижон сўзимни қайтармай,илтимосимни бажарган ва афсона ўзбек нашрларидан бирида босилган эди. Ўша таржимани топиб,сизга ўзбек тилида тақдим этгунга қадар афсонани рус тилида ўқиб кўрарсиз,деб ўйладим.

знак тимура

ТАМЕРЛАНОВСКАЯ БИБЛИОТЕКА
Очерк Григория Соколова.

    Однажды Тимурлан (Амир Тимур), сидя в своей обширной библиотеке, приказал прислать самого старшего мудреца и звездочета. Когда тот вошел к нему и, безмолвно поклонившись, встал в стороне, Тимурлан сказал ему:
– Слушай, старик! Я чувствую, что скоро умру. Милосердная смерть уже касается чела моего, и близок благодатный отдых. Но одна мысль не дает мне спокойно думать о смерти – мысль о судьбе моей библиотеки. Ты знаешь из долгих бесед со мной в течение долгих ночей, какой тяжелой ценой досталось мне мое сокровище, как много силы и терпенья положил я на то, чтобы собрать в свой дворец самое лучшее, самое ценное из всего того, что создавала когда-либо человеческая мудрость… Я достиг цели, но, увы! – скоро рассеются в прах мои кровавые труды, ибо нет у меня достойных наследников сокровища моего. Если бы я знал что враг, могущий завоевать мое царство, после моей смерти сможет хранить сокровище, то и врагу я отдал бы его, не раздумывая и не раскаиваясь… Скажи старик, что будет с библиотекой, если я оставлю ее своим потомкам? Но говори правду, старик!
Мудрец поднял руку и спокойно стал смотреть на Тимурлана. Тимурлан, не выдержав его взгляда, скоро закрыл глаза и увидел страшную картину.
Его столица горела. Трещали и падали здания; слышался сильный шум, словно вой бури; многочисленные вопли и рыдания оглашали воздух. Дворец его и библиотека оставались еще невредимыми. Но вдруг раздался громкий голос:
– Все, что есть истинного и хорошего, то имеется и в коране. А чего нет в коране, то нехорошо и неистинно. Поэтому сжечь и это бесполезное книгохранилище.
Огромный столб огня вдруг поднялся над дворцом, охватил его кругом и через минуту он упал, похоронив под собой все.
Вздрогнул Тимурлан, заскрежетал зубами, но уже картина исчезла. Ее место заняла другая.
Среди полуразрушенных стен дворца он увидел свой трон, окруженный решеткой, около которой сидели неверные и оскверняли зал…
Опять картина затуманилась, и на смену ее явилась третья.
В руинах Шах-Зинде мулла одной рукой получал горсть серебра, а другой передавала неверному великую драгоценность всего мусульманская мира – священный коран Али, страницы которого были облиты кровью Османа…
Тимурлан очнулся, поднял голову и, махнув рукой спокойно стоящему мудрецу, сказал:
– Ступай.
Старик вышел. После этого Тимурлан трое суток просидел, запершись в глухих покоях своего дворца, раздумывая о будущем библиотеки. На четвертый сутки он призвал всех верных слуг и сказал им:
– Друзья мои! Клянетесь ли вы над этим окровавленными кораном Али в том, что обо всем, что сделаете со мной, будете молчать?
– Клянемся! Будем немы, как рыбы! – закричали ему в ответ слуги.
– Я хочу похоронить мое сокровище в землю, чтоб никто не нашел его, никто не мог осквернить его своими руками,– сказал Тимурлан и, отвернувшись, заплакал.
Прослезились и слуги.
– Друг и отец наш! Приказывай нам – все сделаем! – говорили они.
Настала ночь. Слуги сошлись во дворе здания и, предводительствуемые самим Тимурланом, двинулись за город. Там Тимурлан приказал им рыть в одной горе пещеру и выкладывать ее камнем.
Так работали они девять ночей, возвращаясь под утро во дворец и с темнотой, удаляясь в горы. К концу девятой ночи работа была окончена, и они начали бережно переносить туда книги.
Эта работа продолжалась 27 ночей. В последнюю ночь Тимурлан прошел со всеми слугами к пещере, огромным камнем заложил вход и забросал его землей. Затем распростертыми руками он обнял вход в пещеру и так простоял, точно в забытье, долгое время. Наконец он поднялся и сказал:
– Будьте же вы здесь погребены из поколения в поколение, из рода в род, до тех пор, пока на земле будут существовать зло и невежество.
Перед смертью Тимурлан призвал к себе самого верного слугу и сказал ему:
– Вот тебе моя последняя воля: возьми коран Али и храни его: – ты знаешь его цену. Храни также и список книг моих.
И передал ему толстый коран и тяжелый перечень громадного количества книг.
Слуга вышел.
Вскоре великий Тимур умер.
С его смерти каждое полнолуние раздвигаются надгробные плиты могилы Тимурлана, и выходить оттуда великий завоеватель.
Обходя сонное царство, внимательно выспрашивает он, не уничтожено ли уже зло на земле, не торжествует ли уже правда, не наступило ли еще царство братства и не пора ли ему вернуть людям книжные сокровища.
Но везде он слышит один ответ:
– Нет, не исчезло еще с земли зло, не торжествует тишина, и погружены люди во мрак невежества.
Яростно ударяет Тимурлан ногою о землю и молча удаляется.
И в то время, когда уходит он,– дрожит земля, разламываются и расползаются горы, рушатся города, калечатся и убиваются люди и животные, и раздаются крики, рыданья, проклятия, мольбы о помощи и прощении.

Соколов, Григорий Захарович (1887 — ?) — писатель, сотр. изд.: «Пед. Дело», «Голос Белостока», «Ташкент. Курьер», «Нива», «Наша Жизнь», «Товарищ», «Сын Отеч.», «Р. Газ.» и др.

 Манбаъ:  Нива, 1909, №23

022

(Tashriflar: umumiy 259, bugungi 1)

Izoh qoldiring